NIK: Здравствуйте, дорогие читатели! Я уже прибыл. Можете задавать вопросы.

Ксан: Самый главный вопрос — кто такой Кицум?

NIK: Ответ смотрите в книге «Война мага-3», которая выходит в январе 2006 года.

Aleksey: Будут ли в ближайшее время экранизироваться ваши книги?

NIK: Первой — «Не время для драконов», 6 серий, режиссер Илья Макаров («Тайны следствия»). И «Алмазный меч, деревянный меч». Но этот проект пока не начали.

Сhe: В надежде получить приз за лучший каверзный вопрос, придумывал его (вопрос) весь день. Что вдохновило на написание несвойственной вам любовной сцены в начале произведения «Дочь некроманта»? Думаю, этот вопрос беспокоит многих поклонников вашего творчества.

NIK: О «Дочери некроманта». Подобные сцены пишем на голом профессионализме! (Улыбка).

Илья Царюк: Николай Даниилович, если не писатель и не физик-лирик, тогда кто?

NIK: Писатель по определению лирик.

Кот: Пару лет назад вы говорили, что для написания «Околоточного» надо вернуться в Россию, погулять по дворикам Питера, старым районам Москвы...

NIK: А я погулял. Но для написания романа прогулок в бешеном темпе и всего нескольких дней в Питере и Москве недостаточно.

Илья Царюк: Все же, что вдохновляло вас в произведении «Дочь некроманта»?

NIK: Вдохновляет и вдохновляла идея создания орудия для самоубийства из собственной дочери. Хотя у меня растут сыновья.

Ведьма: Планируется ли ваше дальнейшее сотрудничество с Лукьяненко, и будет ли продолжение «Черепа»?

NIK: Сотрудничества с Сергеем не планируем: у каждого море собственных проектов. Над 3-й книгой «Черепа» думаю. Возможно, события в ней будут разворачиваться 20 лет спустя окончания «Черепа в небесах».

sswz: Ник, как вам живется за границей? Почему уехали? Издаетесь ли вы на английском языке?

NIK: На английском мои книги не издаются. За границей живу, поскольку в России нет работы (я тружусь по специальности, биологом).

Ayalan: Ник, сколько часов в день в среднем у вас уходит на написание книг и сколько на науку?

NIK: На науку уходит стандартный рабочий день: 8 часов плюс обед. На писательство 2 — 3 часа.

Фрай: Какая книга, на ваш взгляд, получилась интереснее всего?

NIK: Да все они интересные! Скучных стараюсь не писать. А если случайно получилось, то... Четыре свои книги я не переиздаю.

Painkiller: Хотел бы узнать, будут ли печататься карты миров Упорядоченного?

NIK: Карты миров Упорядоченного будут печататься в тех книгах, которые ему посвящены. Создание «Всеобщего атласа Упорядоченного» мне не под силу. «Война мага-3» будет последней книгой в Упорядоченном. Больше ничего о нем писать не буду.

WIEDZMIN: Ник, мне это кажется, или в образе Фесса действительно использованы черты Геральта из Ривии? (Геральт — главный герой книги «Ведьмак» Сапковского. — Авт.).

NIK: Кажется. Геральт из Ривии совершенно другой. И действуют герои, руководствуясь разными чувствами. Геральтом движет долг перед Цири, а Фесс ищет дорогу к самому себе.

Jole: Вчера в РНБ вы говорили о впечатляющем вас в Америке феминизме. Данная тема найдет свое отражение в книгах?

NIK: Нет, над ней уже посмеялись другие. И остроумнее, чем могу я.

Склопендра: Я начинающая писательница. Ник, поделитесь секретом: как вам удалось раскрутиться?

NIK: Не было раскрутки. Книги говорили сами за себя. В начале моего пути меня никто не рекламировал. Не приводили в газеты, не брали интервью. Все пришло много после, когда я уже был и так известен.

Greef: В какой стадии написания находится книга «Семь зверей райлега»?

NIK: Все написанное на сегодня выложено на официальном сайте. Работа над книгой будет возобновлена после окончания «Войны мага-3».

Nikita ant: На встрече с читателями в Москве, затрагивая тему о ваших творческих планах в будущем, вы вскользь упомянули про Смоленск. Бывали ли вы в тех краях? И, если не секрет, что бы вы хотели написать о событиях под Смоленском?

NIK: Под Смоленском пока не бывал, но хочу описать события Смоленского сражения в августе 1941 года.

Jole: Кто является прототипом ваших героинь?

NIK: Разочарую, все они выдуманы.

Кхала: Зачем ви пишите?

NIK: Зачем ви травите пейсателя?

Ксан: А современных российских авторов фэнтези вы читаете? Ну, чтобы просто быть в курсе «движухи в цеху»?

NIK: Нет, не читаю. Больше читаю историческую и мемуарную литературу.

WIEDZMIN: Ник! Почему вы так часто бросаете начатые проекты? Теряете к ним интерес? Специально мучаете поклонников?

NIK: Нет, убеждаюсь, что не могу написать достойную книгу на эту тему. А позориться не хочу!

Илья Царюк: Животная первобытность романтических сцен в ваших книгах является своеобразным стилем или отражением внутреннего мира и скрытых желаний?

NIK: Эротических сцен в моих книгах крайне мало. Все они продиктованы сюжетом и внутренней логикой персонажей. Если я описываю брутального героя, я не могу делать его в любви агнцем.

Фрай: Как насчет создания компьютерной игры по вашим рассказам (под вашим чутким руководством, конечно)?

NIK: Игры создаются. «Не время для драконов», «Алмазный меч, деревянный меч». Но без моего чуткого руководства. Я лишь одобряю или отклоняю эскизы.

H010d: Как вы относитесь к высказыванию Головачева о том, что фэнтези — это тупик фантастики?

NIK: Василий Васильевич не прав! И об этом мы скажем ему открыто!

Nikita ant: Николай Данилович, идеи творчества приходят к вам спонтанно, независимо от внешних условий, или требуются стимуляторы в виде музыки и т. д. Правдивы ли слухи о «философском стуле»?

NIK: Чтобы думать, стимуляторов не требуется. Музыка может только помешать. Человеческое воображение не нуждается в подстегивании. Оно безгранично. Слухи о «философском стуле» не верны.

Flex0: Будет ли у вас переход из «любителей» в «профессионалы»?

NIK: Не будет. Четыре года я был писателем-профессионалом. Повторения этого опыта я бы не хотел. Зависимость от своего хобби — это грустно.

ALFred: Почему Эфраим (так кажется) такой осторожный вампир?

NIK: Ему необходимо быть осторожным, он вожак и отвечает за все свое племя.

Фрай: Когда в следующий раз планируете навестить нашу страну?

NIK: Во второй половине августа.

Барсик: Николай Данилович, замечаете ли вы разницу в отношении к «еврейскому вопросу» у нас и там, у них, в Америке?

NIK: Про «еврейский вопрос» могу сказать: мои знакомые евреи в Америке жалуются, что их притесняют точно так же, как в России

Bloody Butcher: Может, снять фильм по вашим книгам в Голливуде? Не боитесь, что экранизация окажет негативное влияние на людей, еще не читавших этих книг?

NIK: В США русская фантастика не популярна. А экранизация — это классно! Пример «Ночного дозора» показал, что при всем неоднозначном отношении к фильму очень многие зрители после просмотра обращаются к первоисточнику.

H010d: Есть ли автор, которого вы считаете своим учителем? Подражали ли вы кому-нибудь на первых порах?

NIK: На самых первых порах подражал Толкиену. Многому учился у Стругацких, хотя и не был на семинаре Бориса Стругацкого.

Барсик: Пытаетесь ли вы придать своим героям черты характера, которых не хватает самому?

NIK: Я не соотношу характер своих героев с собственным. Персонаж получает тот характер, что необходим для развития сюжета и раскрытия замысла книги.

Илья Царюк: Интересно, какую роль в вашем творчестве играет супруга? Оказывает ли она какое-то влияние на финал ваших трудов? Советуетесь ли вы с ней?

NIK: Моя супруга моих книг не читает. Соответственно, никакого влияния на них оказать не может. Она больше историческую литературу любит.

Страшила: А как вы реагируете на отрицательные отзывы критиков о вашем творчестве?

NIK: Я стараюсь извлечь из критики рациональное зерно, игнорируя прямые оскорбления.

Фрай: Я только что наткнулся на ссылку вашей совместной книги с Алан Коул «Армагеддон». Что это такое, расскажите вкратце.

NIK: «Армагеддон» — моя попытка прорваться на американский книжный рынок. Не удалось. Тем не менее я не считаю эту работу бесполезной.

Ayalan: Вы можете назвать себя патриотом России?

NIK: Я патриот России. Патриотизм ведь не зависит от места проживания. Можно всю жизнь быть здесь и ненавидеть Родину всеми фибрами души.

H010d: Ник, в ваших книгах много насилия. Агрессивный ли Вы человек?

NIK: В книгах моих много насилия, так как я пишу о мирах, где насилие заложено в фундамент социальной организации. Наш мир всегда был таким же.

Bloody Butcher: Как насчет темы «Священной инквизиции» в ваших книгах, прибегали ли вы к изучению научно-исследовательских работ по деятельности церкви в Средневековье? Скажем, «Молот Ведьм» читали?

NIK: Да, я тщательно изучал историю. Читал сборники материалов о процессах. В том числе и «Молот Ведьм». Но при этом нужно помнить, что инквизиция Эвиала не тождественна земной.

Ребята, мне уже пора, а приз получает Барсик за вопрос о притеснении евреев в Америке. Ау!!! Как вас зовут, кому книгу подписывать?

Барсик: Меня зовут Сергей, спасибо вам большое!

Фото автора

Чат вела Наталья Черных
Газета Московский Комсомолец в Питере №29/55 за 20-07-2005